Глазовское духовное училище, вид с улицы Преображенской, 1910-е годы, фото раскрашено ИИ Город и Глазовский уезд эпохи НЭПа на страницах газеты «Красный пахарь»
ИЗ КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ ГЛАЗОВА
Летом 1920 года в Глазове в «красном» здании бывшего духовного училища был открыт пролетарский гарнизонный клуб имени Октябрьской революции. Клуб, как сообщала газета «Вятская правда», призван был «обслуживать культурные запросы как гражданского населения, и тов. красноармейцев Глазовского гарнизона». Спустя год другое здание училища – «белый» корпус – был передан Вотскому институту народного образования, созданному на базе Глазовской мужской учительской семинарии.
К 1926 году в бывшем духовном училище работал профсоюзный кинотеатр с проекционной будкой, размещенный на втором этаже «красного» корпуса. Почти во всех остальных помещениях размещались кабинеты и лаборатории учебного заведения.
В самом начале года, 6 января, «Красный пахарь» сообщает своим читателям:
«С перемещением Профклуба в бывший военный, который специально приспособляется для клубной работы, Профклуб, надо надеяться – оживет.
Предполагается организация кружков – действенного, музыкального, хорового, изо, шахматно-шашечного, профессионально-производственных и политических. Будет оборудована комната отдыха и развлечений. Уже работает библиотека-читальня. Будет своя стенгазета. С целью оформления клубной массы и выявления клубного актива с 10 по 27 декабря по всем учреждениям и предприятиям, одновременно с докладами о целях и задачах клуба и о плане его работы, был произведен переучет членов профклуба и запись желающих вступить в члены клуба вновь, а также запись в кружки.
Членами клуба могут быть только граждане от 16 лет, не лишенные избирательного права. Запись в члены клуба производится в клубе ежедневно, кроме пятниц, с 6 до 10 часов вечера.
Каждый рабочий и служащий, красноармеец, комсомолец, учащийся должен быть членом клуба, помня, что клуб – центр пролетарской общественности и высшая форма проявления культурно-творческой самодеятельности трудящихся».
Но со временем институт народного образования займет оба корпуса – и «белый», и «красный». В 1930-е годы эти здания будут уже полностью принадлежать педагогическому техникуму. В 1939 году на его базе организуют учительский институт.
НОВОСТИ ИЗ ЗАГСА
9 января глазовская газета печатает ироничную заметку некоего А. Чермных «Революция в природе»:
«В столе ЗАГС Глазовского ВИК (волостного исполкома) Нарсудьей товарищем Бурицким в ноябре 1925 года была произведена ревизия… Между прочими недочетами, ревизором обнаружено, что в книге заявлений о происхождении зачатых внебрачных детей в 20 случаях заявления приняты от… мужчин.
Почтенный ревизор в акте замечает: «Выходит, что по Глазовской волости забеременело 20 мужчин».
Ничего не поделаешь… Надо привыкать ко всему! Хорошо, что еще только 20, а не больше! И слава Аллаху, что остальное мужское население волости пока что чувствует себя нормально, не жалуется.
Идя во всякий ЗАГС, нужно быть ко всему готовым… Но на всякий случай не мешает, пожалуй, предупредить все мужское население волости, чтобы были поосторожнее вообще и в особенности не заглядывали в ЗАГС Глазовского ВИКа.
Как бы не случилось неладное! Как бы не слетел на них «святой дух»!
Как бы не…»
БУЙНАЯ «НАТАША»
В том же номере газета публикует скандальные новости о беспорядках в глазовском Доме Крестьянина – гостинице для приезжих из окрестных деревень и сел:
«Сторожиху Дома Крестьянина «Наташу» давно необходимо уволить. Приезжающие крестьяне ею очень недовольны. Она груба, криклива и вдобавок чрезвычайно развратна.
2 января имел место случай, когда сторожиха избила по щекам беременную ночлежницу – крестьянку Юкаменской волости деревни Усть-Мучинской Рудяеву Федору Петровну за то, что та взяла полотенце.
Не редкий случай, когда сторожиха в дополнение к ругательствам, льющимся на головы крестьян-посетителей, позволяет себе еще такие мерзости, как обнажение своих половых органов с приговариванием: «Вот тебе».
Крестьяне по ночам часто не могут спать от того, что из помещения прислуги раздаются шум, крики и песни собравшихся там каких-то подозрительных личностей».
Спустя месяц, 6 февраля, газета с удовлетворением сообщает: «По заметке в № 2 «Красного пахаря» под заглавием «Беспорядки в Доме Крестьянина» сторожиха «Наташа» со службы уволена».
ИЗ КРИМИНАЛЬНОЙ ХРОНИКИ ГЛАЗОВА
В бурные годы НЭПа редакция глазовской газеты нередко размещала на своих страницах сообщения о различных происшествиях и преступлениях, случавшихся в городе в то время.
16 января «Красный пахарь» печатает заметку «Выставьте пьяницу»:
«Ночью 19 декабря на улице Карла Маркса в г. Глазове усовмилиция (уездная советская милиция) подобрала пьяного (без чувств) председателя Юкаменского кредитного сельскохозяйственного товарищества Саламатова, имевшего при себе около 400 рублей общественных денег. В милиции Саламатов избил милиционера».
Вот сразу несколько сообщений из номера газеты за 21 января 1926 года:
«Пожар. В ночь на 16 сего января в школе, находившейся между деревнями Ваебыж и Сыгой Глазовской волости возник пожар, скоро охвативший все здание. Попытки к тушению оказались бессильными. Пожаром уничтожено все здание. Причины пожара пока не установлены».
«Удавился. 16 сего января в своей квартире покончил жизнь самоубийством псаломщик Глазовского собора Флоров Аркадий Васильевич. Самоубийца заметками карандашом в книге объяснил, что его существование сложилось в крайне тяжелые для него условия, как с материальной, так и моральной стороны».
«Крупная кража. В ночь на 19 сего января посредством пилы по металлу у дверей с западной стороны Глазовского собора был спилен замок. Злоумышленники проникли вовнутрь собора, взломали все хранилища, похитили имеющиеся в них ценности и деньги.
Принятыми со стороны Угрозыска мерами злоумышленники в числе двух человек, назвавшихся Смирновым П.М. и второй Еговцевым И.Г., со всем ими награбленным были задержаны на станции Глазов, готовыми к отъезду в сторону Перми. По делу производится расследование».
30 января народный судья Зайцев размещает в «Красном пахаре» репортаж «Суд над растратчиком». Согласно той заметке, 21 января в клубе профсоюзов публично слушалось дело по обвинению бывшего секретаря уездного профбюро Григория Берестова. Как выяснилось, Берестов, находясь с августа 1923 года по 10 июня 1925-го на должности секретаря Упрофбюро, «систематически производил растрату общественных средств, вверенных ему по занимаемой должности.
В конце 1924 года и в начале 1925 года профессиональными организациями проводилась кампания помощи Ленинградским рабочим, пострадавшим от наводнения. Собранные средства месткомы непосредственно сдавали в Упрофбюро Берестову. В марте месяце 1925 года профсоюзы проводили кампанию помощи эстонским рабочим и их семьям, пострадавшим от белого террора. Собранные деньги от членов профсоюза сдавались также Берестову.
Берестов, будучи достаточно грамотным и состоя членом РЛКСМ, прекрасно знал, для какой цели собирались деньги и какое они имели значение. Несмотря на это, расходовал общественные средства для личных нужд.
«Я надеялся постепенно пополнить растраченные мною средства», говорит Берестов в судебном заседании.
Берестов, пользуясь своим служебным положением, занимал деньги от различных организаций и учреждений города Глазова. Полученные деньги по книгам не проводил, расходовал их на свои нужды.
При сдаче дел вновь назначенному секретарю Упрофбюро Берестов сознательно скрыл корешки квитанций собранных денег для ленинградских и эстонских рабочих (корешки обнаружили случайно)».
В итоге народный суд признал Берестова виновным в растрате общественных средств и приговорил «подвергнуть лишению свободы сроком на три года».
Продолжение следует.
Глеб КОЧИН
13