От Знания до забвения

О несуществующей в наши дни деревне с необычным названием Знание рассказывает Людмила Шутова

ЖИЛИ НЕ ТУЖИЛИ

Такая деревня действительно существовала когда-то в Глазовском районе – на том самом месте, где сегодня раскинулись владения «Горлицы». Год ее рождения – 1927-й.

Собрались со всей округи девять семей, написали властям, что хотят поселиться на новом месте. Получили разрешение и построили дома да мельницу у пруда. И зажили дружно. Растили детей, землю пахали. Сеяли рожь и пшеницу, картошку садили, ловили рыбу в пруду, лес заготавливали.

Моя мама Зинаида Кузьмовна Волкова (в девичестве Ушакова) рассказывала: семилетние мальчишки уже вовсю боронили поля под посевы. Двенадцатилетние в пахоте о себе заявляли: вот, мол, мы какие ловкие, а лошади наши – самые сильные!

Без дела никто не сидел. Дети, старики пололи на полях молодые всходы.

– В Знании, – вспоминала мама, – жили лучше, богаче, чем в соседних деревнях. На сенокос одевались нарядно. Выходили ранними утрами, по росе, с песнями. Брали еду с собой, квас, арьян – удмуртскую пахту. Жили не тужили. Оно и понятно: с насиженных мест ушли самые энергичные, толковые мужики с крепкими семьями. Я думаю, что и название они выбрали не случайно: тянулись к знаниям, к свету.

ДЕРЕВНЯ И ЕЕ ОБИТАТЕЛИ

Как-то в один из вечеров мы с мамой решили задним числом провести перепись населения этой деревни. И вот что у нас получилось.

1. Степан Павлович Кутявин с женой Ивановной (имени мама не помнит, а фамилия ее по отцу была Солодянкина) вырастили шестерых детей. Глава семьи не вернулся с войны.

2. Кузьма Фадеевич Ушаков с женой Прасковьей Григорьевной. Мои дед и бабушка вырастили шестерых детей.

Кузьма Фадеевич в молодости служил моряком в Севастополе. В Великую Отечественную стал сапером, дошел до Ржева и там пропал без вести.

Его дочь Зинаида Кузьмовна, моя мама, окончила в 1939 году медучилище. Была в Тыловае трахомной медсестрой. Когда началась война, ее отправили на фронт. Дошла со своим полком до деревни Ярцево Смоленской области. Там получила известие – умерла ее мать, наша бабушка Прасковья Григорьевна. А вместе с известием приказ возвращаться домой, поднимать детей.

3. Иван Сидорович Кутявин с женой Анной Тимофеевной вырастили пятерых детей. Иван Сидорович не вернулся с войны.

4. Николай Владимирович Бабинцев с женой Анисьей Петровной вырастили четверых детей. Николай Владимирович во время войны служил в трудовой армии.

5. Гавриил Артемьевич Перевощиков с женой Натальей вырастили пятерых детей.

6. В семье мельника Якима Дмитриевича Лямина росли восемь детей. Хорошо помню их дочь Антониду Якимовну: она была нашим классным руководителем в Тат-Парзинской восьмилетней школе, преподавала историю. Строгая, но справедливая. Ее сестра Александра Якимовна учительствовала в Сыгинской школе.

7. Михаил Константинович Караваев, деревенский счетовод, с женой Евдокией вырастили четверых детей.

8. Иван Максимов с женой Анной вырастили пятерых. Иван не вернулся с войны.

9. Илья Артемьевич Кутявин с женой Антонидой Тимофеевной вырастили шестерых детей. В войну Илья Артемьевич, как и все, ушел на фронт. К великому счастью семьи, вернулся с фронта.

ЛЮДИ ИЗ НКВД

Много сил было потрачено, чтобы устроиться на новом месте. Под пашню корчевали землю в той стороне, где сейчас стоит детский лагерь отдыха «Алые зори». Завели богатую конюшню. Конюхом стал наш дед Кузьма Фадеевич Ушаков.

Все душу новоселы отдавали своему Знанию. Думали, что налаживают здесь жизнь на века. Но в 1937 году пришли люди из НКВД и велели всем немедленно выселяться. Сказали, что теперь здесь поселятся заключенные – отбывать заслуженное наказание.

Сколько ни пыталась, так и не смогла понять: почему ради нескольких десятков воров и насильников надо было разорять процветающую деревню?

С властью не поспоришь. И люди, с любовью построившие на пустом месте Знание, разъехались – кто в Педоново, кто в Качку, кто в Тат-Парзи.

Мельник Яким Дмитриевич Лямин и счетовод Михаил Константинович Караваев в Педонове заново подняли дома и все время вспоминали:

– А вот у нас, в Знании…

Так и закончилась недолгая жизнь деревни с неожиданным для наших мест именем. Жаль ее до слез…