Дорога из села Уни, начало ХХ века, фото П. Молчанова Из записок сельской учительницы 1899 года
В 1965 году в областном городе Кирове выходит в печать повесть «Связная партии» (12+). Ее автор – Ия Константиновна Франчески – не была профессиональным литератором. Но в повести она опишет свою молодость в бурные годы первой русской революции начала ХХ века, чему была и свидетелем, и активным участником событий.
Ия Константиновна происходила из известной в Вятке начала ХХ века семьи Громозовых, оставившей яркий след в истории губернского города. Три сестры Громозовых войдут в подпольную социал-демократическую организацию в Вятке, а после 1917 года займут заметное место в культурно-общественной жизни города.
ГРОМОЗОВЫ
Предки Ии Франчески были выходцами из деревни Громозовы Слободского уезда Вятской губернии. Ее прадед, Иван Громозов, зарабатывал на жизнь мелочной торговлей в городе Слободском и сдавал комнаты постояльцам. Своему сыну он оставит только долги, нуждающийся в ремонте деревянный дом и немного денег.
Его сын, Иван Иванович, был весьма незаурядным человеком. Первую свою лавку он приобрел еще в молодости, тайком от отца. Затем Громозов станет хозяином еще двух лавок и большого каменного дома с мезонином. Но разбогател он благодаря не лавкам, а оптовой торговле мукой, крупами, солью, холстом, льном и т.п. Кроме того, Иван Иванович приобретал большие участки покосных и лесных участков для получения прибыли от продажи сена, дров, строевого леса, «корья» и даже рыбы.
Со временем Громозов из мещан перейдет сначала в купцы 3-й гильдии, а затем и во 2-ю гильдию. Горожане избирают его на должность ратмана и бургомистра Слободского магистрата. Ия Константиновна так писала о нем:
«Деда своего я не помню, но очевидно, это был человек образованный по тому времени, так как после него осталась довольно значительная библиотека, где была не только художественная литература, но и книги по истории и естествознанию».
Иван Иванович уйдет из жизни в 1876 году. После себя он оставит в семейном архиве довольно объемную рукопись в 319 страниц. Сюда в течение 50-ти лет Громозов вписывал и хозяйственные расчеты, и сведения о своей родословной, и описания событий, происходивших в Слободском, – от пожаров и эпидемии холеры до народных праздников и прибытия в город в 1862 году первого парохода. Почти наполовину рукопись состоит из стихов самого Громозова, посвященных жизни самого автора и отдельным эпизодам из истории города. Сейчас эта книга хранится в фондах Кировского областного музея.
Младший сын Ивана Ивановича – Константин – наследует от отца его лавку. Но торговля у него шла все хуже и хуже, товаров и покупателей было все меньше и меньше. Много товаров Константин Иванович давал в долг, а получал назад очень мало. Притом в семье Громозовых уже подрастало шестеро детей, в том числе и Ия.
Но уважения и доверия со стороны горожан за свою честность и моральную чистоплотность Константин Громозов не растерял. В 1890 году он уже был почетным мировым судьей Слободского и земским гласным от города в губернском земстве, а также состоял агентом страхового общества «Москва». Вскоре Константин Иванович избирается в члены Губернской земской управы с немалым жалованием 200 рублей в месяц. Это спасает его от позора полного разорения. В 1894 году Громозовы окончательно продают свою лавку и все, что можно, и навсегда уезжают из Слободского в Вятку.
ВЫБОР ПУТИ
Ия Громозова появилась на свет в Слободском 30 июня 1881 года. Вместе с сестрами она учится в Мариинской женской гимназии города Вятки. Весной 1899 года Ия успешно заканчивает это учебное заведение. И перед девушкой встает вопрос о ее дальнейшей жизни. С этого выбора и начинается повесть «Связная партии», в которой автор выводит в качестве одного из персонажей себя под именем Ника. Вот что Ия Франчески писала о том времени:
«Впервые на Никины плечи навалились заботы о своей судьбе. Конечно, как предлагала мать, она могла бы еще год пожить у родителей в ожидании хорошего места, и то и замужества. Но при одной мысли об этом в ней восставала вся гордость. Как она, молодая здоровая девушка, будет сидеть без дела?»
После окончания гимназии ее выпускницы имели право поступать на место учительницы в одной из начальных школ Вятской губернии. И Ника решает пойти по этому пути. Написав прошение о зачислении на должность учительницы и надев свое единственное полушерстяное платье, она отправилась в канцелярию директора народных училищ.
«Она робко отворила дверь канцелярии. Небольшая комната, стол, несколько стульев и шкаф – все это выглядело просто и буднично. Страх сразу же пропал. Из-за стола поднялся делопроизводитель и сухим тоном спросил, что ей угодно.
– Я принесла прошение…
– Прошу садиться, – указал он на стул. Прочитав прошение и взглянув на ее тоненькую полудетскую фигурку, так же сухо объявил: – В настоящее время вакантных мест нет. Приходите через две недели – может быть, представится возможность. Но предупреждаю, только в отдаленных от города сельских школах. – И он снова погрузился в свои бумаги.
Ника, молча поклонившись, вышла.
– Да-а, – неуверенно протянул отец. – Хорошо еще, если назначат в русскую школу. Боюсь, что скорей всего в зырянскую или вотскую. Там и взрослые-то плохо говорят по-русски, а ребята тебя и совсем понимать не смогут.
Опасения отца оправдались. Когда через две недели Ника пришла за ответом, тот же делопроизводитель уже более мягко сообщил ей:
– Вы назначены учительницей в деревню Усть-Лекма Глазовского уезда. Согласны ли?
Нике вспомнилось предупреждение отца, но он она заранее решила испытать свои силы, куда бы ее ни назначили, и твердо заявила, что согласна».
В ДОРОГУ
«В семье Ники новость о ее назначении вызвало целую бурю. Ее мать ни за что не хотела отпускать дочь в такую глушь – 280 верст от Вятки и 40 от Глазова. Но наткнувшись на упрямое упорство Ники, мать успокоилась и решила сопровождать ее в дороге.
Незаметно подошло время отправляться в путь. «Начались сборы к отъезду. Из кладовой была вытащена громадная корешковая корзина. В нее укладывались сковородки, кастрюли…
– Мама, да куда же это мне? Не на северный же полюс я еду! – протестовала Ника, пытаясь поднять корзину…
Наконец, после долгих споров и обсуждений на семейном совете, половину вещей мать убрала, а вместо них Ника положила стопку книг, без которых она не могла себе представить жизнь.
В последний раз мелькнуло перед Никой лицо отца, стоящего на перроне. Вот исчез город, и в окно вагона она увидела, как убегали, мелькая, поля, деревеньки, леса. Все ей было интересно – даже свистки паровоза и стук колес. Еще бы! – она впервые ехала по железной дороге; да и сама дорога, связывающая их город с Уралом, была только-только построена».
Утром поезд замедлил ход, и, быстро собрав вещи и вытащив с помощью проводника корзину на перрон, Громозовы остались одни – поезд с прощальным гудком скрылся в лесу, окружавшем маленькую станцию.
«Ника огляделась, с наслаждением вдыхая холодный, удивительно чистый воздух. Подошла мать с низкорослым широкоплечим мужиком. Без особых усилий взвалив корзину на плечи, он направился за станционное здание. Молодая пугливая лошадь нетерпеливо перебирала ногами, косясь на корзину, которую возчик положил в устланную сеном телегу. Отвязав лошадь, он устроился в передке, а Ника с матерью сели по бокам телеги…
Дорога проходила по пересохшему кочковатому болоту, и телега подпрыгивала почти на каждом шагу. Нике навсегда запомнилась эта двухчасовая пытка… Но вот ямщик указал вдаль, где виднелась кучка строений, и промолвил:
– Вон и Усть-Лекма.
Они въехали в деревню. Дома ее были гораздо выше русских крестьянских изб. Потом Ника узнала, что нижний, полуподвальный этаж, или «подклеть», как его называли, служил кладовой и зимним помещением для птицы и телят.
Пустота улицы удивила Нику. Только кое-где копошились бедно одетые ребятишки да купались в пыли курицы».
Продолжение читайте здесь: https://glazovlife.ru/?p=105214, https://glazovlife.ru/?p=105460
Глеб КОЧИН
190