60 лет под другим именем

    

Женщина, которая была сиротой, не знала своего настоящего имени и стала жертвой политических репрессий, в свои 93 года живет в общежитии одна


ВРЕМЯ РЕПРЕССИЙ

Россия натерпелась многого. Один из темных моментов в истории нашего государства – это репрессии. В Советской России они начались после Октябрьской революции. За эти годы миллионы людей стали жертвами произвола тоталитарного государства, подверглись гонениям за политические и религиозные убеждения.

Но на самом деле, жертвы сталинских репрессий живут и сегодня среди нас, и могут поделиться воспоминаниями. История этой женщины, которая стала жертвой репрессий, полна удивительных вещей. Сейчас ей 93 года, более 60 лет она жила под чужим именем. Она борется за справедливость. Она не смогла вернуть свою семью, но верит, что сможет вернуть дом.



НАЧИНАЯ С ПЕЛЁНОК

Манефа Максимова, так ее звали при рождении, с пелёнок, с 1928 года, жила с родителями в деревне Адам. Отец Манефы Аркадий Максимов был раскулачен в 1931 году, вместе с семьей отправлен в Архангельскую область. Отец ушел в армию, а в 1941 году пропал без вести. Когда отец был на войне, семья была выслана в Сибирь. Ее мать сбежала оттуда и вышла замуж за Степана Баженова, опасаясь угрозы новых репрессий, как жена кулака. Манефа же была названа Маргаритой Степановной Баженовой.

Манефа вспоминает о детстве в военное время: «В 12 лет я с матерью отправилась в лес в поисках еды. Все было бы хорошо, если бы я не потерялась. Уснула около кустарника, проснулась и стала кричать: «Муми!» Только вместо мамы подошел солдат с ружьем. Объясниться с ним я не смогла: он русский, а я – удмуртка. На тот момент я не знала другого языка. Солдат меня куда-то увел, а потом меня увезли в Удмуртию, где осталась мать – неизвестно».

В Удмуртии в 1944 году девочку записали в 4 класс школы деревни Турай. С самого детства она училась быть самостоятельной, добывала еду и ходила в школу. Училась она недолго, а после пошла работать. В послевоенное время работы было много, в 1956 году Манефа работала кладовщиком, в 1958 году – бригадиром. На работу не жаловалась, трудилась усердно и качественно. Всё это время она жила в деревне Турай. О своей родной деревне она и не знала, только в будущем выяснится, что по закону ей принадлежит дом в Адаме.

Манефа Аркадьевна в молодости (в центре)

НОВАЯ ЖИЗНЬ

На одной из деревенских свадеб Манефа встретила своего будущего мужа, Виталия Третьякова. Сказать, что это была любовь с первого взгляда, нельзя. По её словам, он её выкрал и перевез в деревню Кортышево. Однако прожили они с ним достаточно долго: сначала там, потом переехали в Заболотное. За время брака у них родились пятеро детей.

В Заболотном у Манефы появился свой дом впервые за 40 лет. Даже не один, а целых два бревенчатых дома, баня, хлев и другие надворные постройки. Это было время, когда женщина наконец приобрела спокойствие и умиротворение. У них был свой скот и плодотворная земля, на которой выращивали всё – от чеснока до картофеля. Они трудились не покладая рук, с соседями общались хорошо и устраивали деревенские праздники.

В это же время Манефа стала искать родных и расспрашивать всех о прошлом. Благодаря отзывчивым людям и помощи знакомых она узнала своё настоящее имя и семью. 9 марта 1995 года суд установил факт, что Максимова Манефа Аркадьевна и Баженова Маргарита Степановна – одно и то же лицо. А ещё в 1996 году Манефа Аркадьевна была признана пострадавшей от политических репрессий. Хотя ни отца, ни мать она не нашла, зато обрела свое имя.


В ПОИСКАХ СПРАВЕДЛИВОСТИ

Казалось бы, всё шло к прекрасному и логическому завершению, но счастье недолго длилось. В 2008 году в Заболотном все сгорело – строений не осталось. Почти в тоже время умер муж, а дети потихоньку начали разъезжаться. Манефа снова осталась одна.

В соответствии со ст. 13 Закона РФ от 18.10.1991 года № 1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий», признается право реабилитированных лиц, утративших жилье в связи с репрессиями, возвращаться для проживания в те местности и населенные пункты, где они проживали до применения к ним политических репрессий. В случае возвращения на прежнее место жительства реабилитированные лица и члены их семей принимаются на учет и обеспечиваются жилыми помещениями в порядке, предусмотренном законодательством субъектов Российской Федерации.

Манефа Аркадьевна до сих пор ходит по судам в поисках справедливости. По всем официальным бумагам женщина признана репрессированной. Но дом в Адаме, в котором до раскулачивания она жила с родителями, ей не вернули. В 1998 году выписали компенсацию, но выплаты она не получила. В 2021 году Архивный отдел Администрации МО «Глазовский район» это подтвердил.

Несколько лет женщина пыталась восстановить имя, вернуть дом и обрести счастье. В 2014 году Манефа Аркадьевна своими силами построила дом в Заболотном, на том же самом участке, где был пожар в 2008 году. Сейчас у неё одноэтажный дом без отопления, старая баня и сарай. Участок зарос травой, и урожая почти нет. Сил работать в 93 года уже не осталось. Женщина приезжает в Заболотное часто, но на ночь старается не оставаться, потому что страшно. Забор прохудился настолько, что уже несколько раз кто-то пробирался в огород. Во всё остальное время Манефа живет в комнате общежития. Снимает самостоятельно. Единственное, чего сейчас ей хочется, – это свой дом.


Полина КУЗНЕЦОВА

 vk        telegram  whatsapp  facebook
Похожие записи: